public

Гиперинфляция в Зимбабве

Зимбабве, бывшая Родезия, родина водопада Виктория, славится своей дикой фауной и красотой природы. Но военные авантюры и безрассудные траты привели к огромному дефициту, а насильственный захват коммерческих ферм почти остановил сельскохозяйственное производство, что привело к гиперинфляции...

Время чтения 21 мин

Материал подготовлен Saul Friberty, создателем аукциона Simple Auction.
Перевод выдержек из статьи Гиперинфляция в Зимбабве журнала The Quarterly Journal of Austrian Economics 14, No. 3 (2011)  Автор: Jayson Coomer and Thomas Gstraunthaler. А также выдержки из статьи Возвращение гиперинфляции в Зимбабве. Автор: Павел Мордасов

Вступление

Зимбабве, бывшая Родезия, родина водопада Виктория, славится своей дикой фауной и красотой природы. Её плодородные земли снабжали соседние страны сельскохозяйственными товарами, благодаря чему Зимбабве играла значительную роль на международном рынке продовольствия. Но военные авантюры и безрассудные траты привели к огромному дефициту, а насильственный захват коммерческих ферм почти остановил сельскохозяйственное производство. В последние годы своего экономического краха Зимбабве вступила в состояние гиперинфляции, кульминацией которой стала фактическая долларизация зимбабвийской экономики, официально объявленная в начале 2009 года министром финансов.

Этот кризис уходит корнями в борьбу за независимость Зимбабве, которая происходила в 1970-х годах. Известная как Вторая Чимуренга, эта борьба завершилась провозглашением независимости Зимбабве 18 апреля 1980 года. Действующий президент Мугабе неоднократно называл нынешний период истории Третьей Чимуренгой: завершающим этапом борьбы Зимбабве против тех, кого он называет «нео-колониалистами». Эти события произошли во время важных политических действий в форме земельной реформы, в результате которой почти все коммерческие сельскохозяйственные угодья были экспроприированы в основном у белой общины коммерческих фермеров и переданы безземельному черному большинству. В начале 2000-го года, воодушевленные обещаниями правительства и явным невмешательством полиции, ветераны войны захватили сотни белых ферм. Эти события в сочетании с фискальной и денежно-кредитной политикой правительства Зимбабве привели к постепенному повышению уровня инфляции.

Начало кризиса (1997–2000)

«Во втором десятилетии своей независимости правительство Зимбабве приступило к осуществлению программы экономических реформ, необходимой для либерализации экономики и устранения структурных препятствий для роста». Однако в этот период фискальная политика была слабой, а денежно-кредитная политика неустойчивой. Страна пострадала от двух серьезных засух (в 1992 и 1995 годах), которые затронули сельское хозяйство Зимбабве, ее основную отрасль экономики. Земельная реформа была весьма спорным вопросом с момента обретения независимости, поскольку большая часть лучших сельскохозяйственных земель принадлежала примерно четырём тысячам белых фермеров, в то время как коренное население продолжало вести натуральное хозяйство.

В первые пять лет независимости перераспределение земель проводилось в рамках права первой покупки правительством по рыночным ценам: в результате было приобретено около 3 млн га.

Впоследствии Закон о приобретении земли 1992 г. предусматривал принудительную покупку ферм, если собственность была заброшенной, располагалась на малоиспользуемой земле, принадлежала отсутствующим землевладельцам или была окружена общественными территориями, а владелец имел несколько ферм. Этот акт требовал справедливой финансовой компенсации и предусматривал право на апелляцию.

Во второй половине 1997 года под растущим политическим давлением правящая партия Зимбабвийского африканского национального союза объявила о новом плане компенсаций и пенсий для ветеранов войны, участвовавших в борьбе за независимость. Выплаты касались примерно 60 тыс. ветеранов войны, каждый из которых должен был получить немедленную компенсационную выплату в размере 50 тыс. долларов ZW (эквивалент 3 тыс. долларов США в то время), а также ежемесячную пенсию, эквивалентную 125 долларам США. Общий пакет составил примерно 3% ВВП 1997 года и не был включен в бюджет на 1997 финансовый год. Выплаты привели к немедленному увеличению бюджета на 55% по сравнению с предыдущим годом. В следующем месяце постоянная кредитная линия Зимбабве во Всемирном банке была приостановлена до тех пор, пока правительство не продемонстрирует, что платежи не приведут к увеличению дефицита бюджета выше прогнозируемого уровня в 8,9% за 18 месяцев до декабря 1998 года.

Вслед за новым пенсионным пакетом ветераны войны выразили недовольство ходом земельной реформы и стали настаивать на её ускорении. В ноябре 1997 года президент Мугабе отреагировал на это давление, объявив о планах принудительного приобретения коммерческих ферм, принадлежащих белым, опять же без уточнения финансовой стороны сделки. Так, 1471 ферма, что составляло значительную часть сельскохозяйственных угодий Зимбабве, была объявлена для обязательной покупки.

Президент Роберт Мугабе (2013 год)

Дефицит бюджетного финансирования пенсионных пакетов и процесса приобретения земли вызвал панику у инвесторов по поводу будущего финансового положения правительства Зимбабве. Возникший в результате отток иностранного капитала привёл к краху на зимбабвийских валютных рынках и рынках капитала, а так же истощению валютных резервов Резервного Банка Зимбабве (РБЗ). Кульминацией стал обвал зимбабвийского доллара 14 ноября 1997 года, день, который зимбабвийцы называют «черной пятницей», когда зимбабвийский доллар потерял 75 процентов своей стоимости по отношению к доллару США.

В то время правительство намеревалось финансировать эту схему за счет повышения налогов в бюджете 1998 года; но массовые протесты в январе 1998, организованные Конгрессом профсоюзов Зимбабве, привели к отмене этой политики, когда правительство было вынуждено монетизировать долг. Продовольственные бунты вспыхнули в ответ на резкое повышение стоимости «мясного обеда» и парализовали страну на два дня. В ответ на общественное давление правительство ввело контроль над ценами, обвинив промышленность Зимбабве в «спекуляции». Затем, в сентябре 1998 года, несмотря на то, что экономические условия продолжали ухудшаться, президент направил 11 000 военнослужащих в Демократическую Республику Конго для поддержки дискредитировавшего себя лидера Лорана Кабилы, который столкнулся с гражданским восстанием, поддержанным Руандой и Угандой. Военная кампания не была предусмотрена в бюджете.

Правительство продолжило процесс земельной реформы, издав в ноябре 1998 года приказы о выкупе для 841 фермера, которые оспаривали обязательные выкупы 1997 г. Государство также отреагировало на растущее влияние профсоюзов введением Уполномоченных Президентом (Временных мер) Трудового Распорядка 1998 г., что предусматривали суровые наказания для профсоюзов и работодателей, подстрекавших или содействовавших забастовкам, неявкам и другим формам незаконных коллективных действий.

В начале 1999 года все более противоречивая деятельность правительства заставила зарубежных доноров начать сокращать свою помощь, при этом Всемирный банк и МВФ также приостановили транши. Давление на зимбабвийский доллар продолжало нарастать, поскольку золотовалютные резервы Зимбабве упали до опасно низкого уровня. В ответ РБЗ вновь ввёл широкомасштабный контроль за импортом и запретил счета в иностранной валюте. Фактически это означало, что РБЗ было разрешено удерживать всю выручку от экспорта.

В ответ на экономическое давление правительство достигло соглашения с МВФ о начале программы восстановления экономики, поддержанной Соглашением о резерве 1998 года. Программа была направлена на снижение инфляции до 30% к концу 1999 года (с уровня 47% в 1998 году), рост реального ВВП на 1,2% и увеличение чистых официальных международных резервов на 160 млн долларов США. Эта корректировка налогово-бюджетной политики должна была поддерживаться жёсткой денежно-кредитной политикой и мерами по укреплению доверия, включая приведение земельной реформы в соответствие со стратегией, согласованной на международной конференции 1998 года, обнародование стоимости участия Зимбабве в конфликте в Демократической Республике Конго, отмену чрезвычайного контроля над торговлей и движением капитала и ускорение приватизации государственных компаний.

Однако действие программы было слабым - инфляция продолжала расти, достигнув пика в 70% в октябре, а затем снизилась до 57% к концу 1999 года. Реальный ВВП также упал на 0,2%, так как 7-процентное снижение производства в обрабатывающей промышленности более чем компенсировало рост в сельском хозяйстве и туризме. Чистые международные резервы увеличились на 314 миллионов долларов США в 1999 году, но залог иностранных активов привел к истощению пригодных для использования резервов.

Таким образом, на рубеже тысячелетий экономическое положение Зимбабве пошатнулось. Из-за своей политической позиции страна лишилась доступа к международной помощи. Кроме того, в результате снижения доверия инвесторов наряду с режимом фиксированного обменного курса золотовалютные резервы были фактически истощены попытками РБЗ поддержать валюту. Денежно-кредитные и налоговые органы уже начали использовать печатный станок для финансирования дефицита, что привело Зимбабве к гиперинфляции.

Перераспределение земли (2000–2003)

12–13 февраля 2000 г. был проведен конституционный референдум, предложенный партией Зимбабвийского африканского национального союза. В течение недели проект конституции был отклонен, во многом благодаря усилиям частных фермеров. Всего несколько дней спустя ветераны войны нанесли ответный удар «белым поселенцам» осуществив череду жестоких набегов на фермы. Всего было захвачено около 1600 ферм. В апреле парламент одобрил поправку к конституции, разрешающую принудительную покупку земли, а в следующем месяце эта поправка была официально включена в Закон о приобретении земли.

В июне 2000 года правительство объявило о программе ускоренного перераспределения, охватывающей 5 млн гектаров и 150 тысяч семей в 2000 году по сравнению с 3,3 млн гектаров и 73 тысяч семей, переселенных после провозглашения независимости. Было выставлено на продажу 2455 ферм. Согласно заявлению, правительство обещало предоставлять компенсацию за любые капитальные улучшения земли, но не за саму землю.

Пытаясь поддержать свои золотовалютные резервы, РБЗ начал применять валютный контроль в отношении экспортёров. Начиная с мая, большинство экспортёров должны были продавать 25% своей выручки, которую РБЗ использовал на импорт топлива, электроэнергии и других приоритетных энергоресурсов. Однако экспортёры табака были обязаны продавать 75% своей выручки в пропорциях, установленных РБЗ, государственным нефтяным и энергетическим компаниям, РБЗ (для исключительного использования на выплаты по обслуживанию долга) и Ассоциации Производителей Табака (АПТ) для финансирования импорта сырья.

В августе Резервный банк Зимбабве смягчил денежно-кредитную политику, ограничив базовую ставку на уровне 2–2,5 процентных пункта выше уровня инфляции потребительских цен за последние 12 месяцев (и доходность казначейских векселей на 1 процентный пункт ниже банковской ставки), а также разрешив банкам направлять половину своих резервов на субсидированные экспортные кредиты, предназначенные для финансирования экспортной деятельности по субсидируемым ставкам. По этой схеме было высвобождено около 30% денежных резервов по процентной ставке 30% (по сравнению с банковской ставкой 56% и годовой инфляцией 54%). Это ускорило рост денежной массы с 30% в 1999 году до 60% в 2000 году.

Также в начале августа РБЗ объявил о 24-процентной девальвации зимбабвийского доллара, введя режим плавающей фиксации курса. Несмотря на последующие корректировки, РБЗ не смог должным образом скорректировать обменный курс, и к концу года валюта все еще была значительно переоценена, а параллельный рынок обесценился примерно на 25% больше, чем официальный курс.

На протяжении всего 2000 года сохранялась острая нехватка топлива, электроэнергии и других основных импортных товаров, а также задолженность денежных переводов частному сектору. На конец сентября объем просроченной задолженности по внешним платежам достиг примерно 500 млн долл. США (включая задолженность перед Всемирным банком, Африканским банком развития и Европейским инвестиционным банком, что привело к приостановке выплат). Примерно три четверти этой задолженности приходились на государственный сектор.

К середине ноября пригодные для использования валютные резервы оставались критически низкими и составляли 12,3 млн долларов США, или примерно три дня прогнозируемого импорта товаров и услуг в 2000 году, хотя они выросли до 22 млн долларов США к концу года. Несмотря на постановление Верховного суда от 10 ноября о выселении скваттеров, захваты ферм продолжались. А в декабре 2000 года Верховный суд издал запрет на дальнейшее приобретение земли, заявив, что правительственная программа ускоренной земельной реформы нарушает конституционные права частных фермеров.

Инфляция ускорилась во второй половине 2001 года. Государственные займы от РБЗ приблизились к установленному законом пределу в 20% от дохода за предыдущий год, а реальные процентные ставки оставались резко отрицательными. Правительство начало внедрять требование о том, чтобы 45% портфелей институциональных инвесторов были вложены в низкодоходные долгосрочные государственные ценные бумаги. Вместе с обвалом процентных ставок, это ослабило финансовое положение страховых компаний, пенсионных фондов и банков. Институциональные портфели стали предметом постоянного и методичного процесса конфискации.

Миссия МВФ отметила, что нет никаких признаков того, что стратегия правительства была успешной, поскольку инвестиции в основной капитал и строительство фактически прекратились. Отрицательные реальные процентные ставки вызвали замещение активов инструментами денежного рынка, создав пузыри в ценах на акции и жилую недвижимость. Эти ценовые пузыри усугубились появлением растущего класса спекулянтов, имеющих доступ к банковским кредитам под отрицательные процентные ставки. В частности, схема субсидирования кредитов РБЗ добавила ликвидности финансовой системе, способствуя раздуванию пузыря цен на активы, поскольку дешевые ресурсы частично использовались экспортёрами для покупки недвижимости или акций на фондовой бирже Зимбабве. Отрицательные реальные процентные ставки также поощряли позицию «покупать сейчас», а не ждать, что ещё больше способствовало ускорению инфляции.

Власти продолжали вводить новые валютные меры, призванные смягчить потерю конкурентоспособности и сдерживать деятельность параллельного рынка. В июне 2001 г. РБЗ увеличил требования, касательно отдачи части выручки, для всех экспортёров (за исключением экспортёров табачных изделий) с 25% до 40%. МВФ отметил, что, учитывая большой разброс между официальным обменным курсом и обменным курсом чёрного рынка, 40-процентная сдача была эффективным налогом на экспорт.

Несмотря на запрет Верховного суда на дальнейшее приобретение земли, правительство продолжало реализовывать свою программу ускоренного строительства. В июле 2001 правительство увеличило количество земель, подлежащих перераспределению, с 5 млн. га до 8,3 млн. га, что составляло почти 70% земель, предназначенных для крупномасштабного коммерческого земледелия.

Школьники проходят мимо входа в оккупированную ферму Девония по дороге домой из школы в сельской местности к востоку от Хараре, Зимбабве, 21 июня 2000 года. США и другие западные доноры ввели жесткие санкции против Зимбабве после противоречивых захватов земель, в ходе которых были убиты несколько белых фермеров.

Поскольку инфляция росла по спирали, в правительстве рассматривали её как результат «жадной наживы», а не как следствие неуместно мягкой денежно-кредитной политики РБЗ. Власти ввели ценовой контроль в попытке сдержать инфляцию, особенно в отношении цен на основные продукты питания. Чтобы контролировать цены на кукурузу и пшеницу, в июне Управление по сбыту зерна было восстановлено в качестве монополии. Оптовые и розничные цены на основные товары и продукты питания перешли под государственный контроль, что привело к немедленному дефициту этих товаров.

С середины октября РБЗ фактически вернулся к режиму фиксированного обменного курса. Доллар Зимбабве быстро обесценивался на параллельном рынке, достигнув примерно шестикратного официального курса к концу октября.

В начале ноября 2001 года земельная реформа была ещё больше ускорена президентским указом о внесении поправок в Закон о приобретении земли. 4 декабря 2001 г. реорганизованный Верховный суд отменил свое предыдущее решение, признав законным приобретение земли государством.

Парламент одобрил поправки президента Мугабе от ноября 2001 г. к Закону о приобретении земли 8 мая 2002 г. Было приказано немедленно приостановить работу на этих фермах, а владельцам дано три месяца на то, чтобы освободить свою собственность, установив крайний срок обязательного приобретения на 8 августа 2002 года. В августе Верховный суд признал постановления о выселении недействительными, поскольку правительство не уведомило банки, владеющие правами на ипотеку. В ответ на это в Закон о приобретении земли были внесены поправки, одобренные парламентом в сентябре, подтверждающие законность постановлений о выселении и ужесточающие штрафы за их несоблюдение.

Номинальные процентные ставки по-прежнему удерживались на искусственно заниженном уровне и становились всё более отрицательными в реальном выражении по мере роста инфляции. Рост широкой денежной массы ускорился до 165% в 2002 году по сравнению со 103% в 2001 году, поскольку эффективное снижение резервных требований привело к быстрому расширению кредита частному сектору. Льготные кредиты достигли пика в 42 миллиарда ZW$ в июле. Вопреки ожиданиям правительства, мягкая денежно-кредитная политика не привела к расширению производственного сектора. Инвестиции в производство практически отсутствовали. Наоборот, цены быстро росли, курс чёрного рынка продолжал снижаться, финансовые сбережения становились всё менее привлекательными, а более быстрая замена активов продолжала надувать ценовые пузыри на рынке недвижимости, акций и потребительских товаров длительного пользования.

В середине ноября 2002 г. введённый в октябре 2001 г. контроль над ценами на отдельные продукты питания был расширен и продлён до шестимесячного замораживания цен. В результате почти 70% товаров в корзине индекса потребительских цен стали предметом регулируемого ценообразования. Регулируемые цены часто были ниже производственных затрат, что вынуждало многие компании закрываться и способствовало сокращению занятости. Как отметила миссия МВФ, основное воздействие мер контроля заключалось в повышении цен на неофициальных рынках.

В то же время правительство пыталось ограничить обменный курс параллельного рынка, надбавка к которому за год достигла 2900%. Валютный контроль был ужесточён, а обменные пункты закрыты, в результате чего банки остались единственными уполномоченными торговцами иностранной валютой.

Требования об отдаче дополнительно увеличили до 50 процентов, в то время как остаток, удерживаемый экспортёрами, должен был быть депонирован в РБЗ, при этом его использование ограничивалось приоритетным списком и подлежало утверждению РБЗ. В результате приток иностранной валюты в РБЗ замедлился, поскольку большинство сделок переместилось на параллельный рынок.

В конце 2002 года министр сельского хозяйства Джозеф Маде объявил об окончании «захвата земли», заявив, что правительство конфисковало 35 млн акров земли у белых фермеров. К концу года почти все фермы, принадлежащие белым, были переданы государству. Спад сельскохозяйственного производства стал негативно сказываться на производственном секторе, который был преимущественно сельскохозяйственным.

Чёрные "ветераны войны", подстрекаемые Мугабе, появлялись на фермах белых, готовые захватить всё, что попадется им под руку.

В январе власти пересмотрели свой подход к ценовому контролю, издав Протокол о стабилизации цен и доходов. Согласно этому протоколу, переговоры о ценах на товары и услуги первой необходимости будут проходить в рамках Трёхстороннего переговорного форума. Перечень товаров и услуг включал, в частности: муку, растительное масло, соль, молоко, сахар, хлеб, говядину, парафин, гигиенические прокладки, тарифы за водоснабжение, арендную плату и коммунальные тарифы, а также стоимость проезда в общественном транспорте. Цены на эти товары и услуги должны были быть заморожены на условленном уровне до июля 2003 года.

После этих изменений в ценовой политике, Резервный банк начал повышать процентные ставки, но в реальном выражении они по-прежнему оставались крайне отрицательными. В марте 2003 года РБЗ начал предоставлять кредитование овернайт банкам с маржой в 20%, требуя в качестве залога предоставление ценных бумаг. В апреле ставка РЕПО была повышена до 56%.

6 мая было объявлено о дальнейших корректировках цен и ослаблении контроля над ценами. Цены на субсидируемые товары и товары первой необходимости по-прежнему контролировались, при этом производителям приходилось обосновывать повышение цен Министерству промышленности и международной торговли, а чистая прибыль не должна превышать 20%. Все остальные цены были либерализированые, но поставлены под надзор Минпромторга, а также под неустановленные «корректирующие меры по недопущению спекуляции».

В конце мая управляющий РБЗ Цумба досрочно ушёл в отставку, «оставив в наследство» денежную эмиссию: к концу 2003 года денежная масса выросла до 3240,3 млрд долларов с 56,6 млрд долларов в конце 1998 года.

К этому времени Зимбабве была полностью отрезана от иностранной помощи. Эффект дефицита иностранной валюты достиг апогея в 2003 году. Тогда возник недостаток местных банкнот - у РБЗ больше не было твердой валюты для импорта бумаги и чернил, необходимых для печати банкнот. В августе по всей стране произошел набег на банки, чьи вкладчики пытались получить доступ к своим наличным деньгам, что угрожало общественному порядку. Чтобы подавить разгневанных представителей общественности, которые не могли получить свои сбережения, в банки была отправлена полиция по борьбе с беспорядками.

Схема субсидированных кредитов продолжалась в 2003 году, что способствовало росту широкой денежной массы. Доступность дешёвых кредитов, а также попытки потребителей застраховаться от инфляции закрепили ценовые пузыри на рынке акций и недвижимости.

Низкие процентные ставки в сочетании с растущей инфляцией вызвали хроническое разрушение основных фондов банков Зимбабве. В 2003 году база активов банковской системы Зимбабве сократилась на 40% в реальном выражении.

В декабре 2003 года пост управляющего Резервным банком занял Гидеон Гоно. Он сразу же объявил о мерах по ужесточению денежно-кредитных условий: эта новость привела к росту межбанковских ставок и вызвала обвал цен на акции и недвижимость. РБЗ резко повысил процентную ставку в первом квартале 2004 года, и в марте 2004 года она достигла пика в 5242% годовых. В результате ужесточения денежно-кредитной политики инфляция, которая достигла своего пика в 623% в январе 2004 года, резко снизилась примерно до 130% в конце 2004 года.

В мае 2004 года была снята большая часть мер контроля над ценами, а в августе - частично либерализирован рынок энергоносителей. Инфляция начала замедляться. Но РБЗ начал заниматься квазифискальной деятельностью, утверждая, что тем самым помогает пострадавшим отраслям. Это свело на нет все предыдущие успехи в борьбе с инфляцией и упрочило движение страны по пути гиперинфляции. Примерно в конце 2004 года процентные ставки были резко снижены, и РБЗ начал в принудительном порядке конвертировать любой излишек на денежном рынке в конце каждого дня в новые казначейские векселя «открытого рынка» с длительным сроком погашения (до двух лет) при глубоко отрицательных реальных процентных ставках (номинальные процентные ставки 70100%). Кроме того, установленные требования в отношении резервов по депозитам были увеличены до 60% для коммерческих банков и кредитных организаций.

Банкнота в 10 трлн долларов Зимбабве представлена на аукционе Simple Auction

Дорога к гиперинфляции (2005–2007)

В первом полугодии 2005 темпы экономического кризиса снова ускорились. В начале года инфляция в годовом исчислении стабилизировалась на уровне около 135%, а в июне - снова выросла до 164%. Предполагается, что индекс портебительских цен в то время был недостоверным, он, вероятно, занижал инфляцию (отчасти из-за государственных цен, которые поддерживались на искусственно низком уровне), поэтому её масштабы трудно оценить количественно.

Премия параллельного рынка, которая сократилась в начале 2004 года, увеличилась с 45% в январе 2005 года до примерно 100% к началу июля. Это отражало ослабление денежно-кредитной политики в начале 2005 года, а также снижение доступности иностранной валюты в системе аукционов. В РБЗ имели место существенные злоупотребления в отношении требований о выдачи. Юрист и политик Дэвид Колтарт утверждает, что «члены правящего режима и их сообщники разбогатели, скупая иностранную валюту по официальному обменному курсу, а затем продавая ее по курсу черного рынка, присваивая себе разницу».

В мае 2005 г. правительственные силы нанесли ответный удар по городским опорным пунктам оппозиции, начав «Операцию Muramabtsvina» - на языке шона (официальный язык Зимбабве) «дождь, смывающий шелуху», - которая была нацелена на неформальный сектор в городских районах. К 2005 году неформальный сектор составлял примерно 40% рабочей силы Зимбабве. Согласно отчётам ООН, к моменту проведения операции «Muramabtsvina» неформальная экономика стала основным источником дохода для большинства зимбабвийцев. В течение двух месяцев полиция и армия сносили трущобы бульдозерами, уничтожая целые посёлки и торговые площади.

В начале 2006 года реальные процентные ставки все еще были крайне отрицательными, а параллельный обменный курс к доллару США составлял 135000 ZW$ за доллар. В феврале РБЗ повысил доходность денежного рынка и трёхмесячные казначейские векселя начали приносить положительные реальные процентные ставки. РБЗ также ввел казначейский вексель с индексированной доходностью. Это было важным событием, поскольку до этого момента одной из ключевых характеристик денежного рынка Зимбабве было отсутствие инструментов с «плавающей» процентной ставкой, которые позволили бы инвесторам хеджировать инфляцию на денежном рынке.

По мере того, как темпы инфляции приближались к порогу гиперинфляции (более 50% в месяц) неизбежная эрозия инфляционной налоговой базы усугублялась. На тот момент активы пенсионных фондов были более или менее истощены, поэтому правительство в поисках финансирования обратилось к банковской системе. Примерно с мая 2006 года любой профицит или дефицит, удерживаемый банком в конце каждого дня, будет нести за собой огромные экономические штрафы. В любом случае, учитывая годовую инфляцию, по официальным оценкам составляющую около 1200%, малейшая неточность в управлении ликвидностью обошлось крайне дорого.

В мае годовая инфляция впервые превысила 1000%. Людям приходилось иметь при себе большие суммы валюты даже для совершения простых сделок. В июле 2006 года в Заявлении управляющего РБЗ о денежно-кредитной политике было объявлено о ряде валютных реформ. С 1 августа 2006 года зимбабвийский доллар был заменен новым зимбабвийским долларом в соотношении 1000:1. Новый доллар также обесценился по отношению к доллару США. По словам губернатора РБЗ Гоно, удаление трех нулей окажет «положительный психологический эффект на ориентиры людей при сравнении относительной силы местной валюты с региональными и международными ценами, а также ценами на товары и услуги...”

Стремясь смягчить экономический кризис, правительство во второй половине 2006 г. запустило программу «Взгляд на Восток». 22 декабря было объявлено, что Зимбабве ведёт переговоры с Китаем о кредите на сумму 2 миллиарда долларов США. Однако предполагаемый кредитор - China Metallurgical Group Corporation - отказался.

Когда были опубликованы окончательные данные о росте денежной массы за декабрь 2006 г., её годовые темпы роста достигли 1416,5%. В начале февраля 2007 года РБЗ объявил инфляцию «незаконной», объявив, что любой человек, уличенный в повышении цен и/или заработной платы в период с 1 марта по 30 июня, будет арестован и «наказан». Глава РБЗ Гоно заявил, что только «твердый общественный договор» положит конец гиперинфляции. Однако, несмотря на эту меру, в марте 2007 г. Зимбабве официально вступила в гиперинфляцию в соответствии с определением Кагана (1956 г.), «когда инфляция в месячном исчислении достигла 50,54%, а в годовом исчислении – 2200%».

Серия банкнот Зимбабве периода гиперинфляции (2007—2009 года). Больше всего ценятся купюры номиналом выше 10 трлн долларов включительно. Банкноту 100трлн долларов сегодня можно найти по цене $100-$6000 в зависимости от состояния и серии. Купюры номиналом выше 20млрд были выпущены в 2009 году (через 13 дней с момента запуска биткоина)

Власти продолжали набрасываться на бизнес-сообщество, опубликовав в конце июня свой законопроект «О национализации и расширении экономических прав и возможностей», согласно которому каждый бизнес должен иметь не менее 51% акций, принадлежащих представителям коренных народов. Было объявлено о дальнейшем контроле над ценами и снижено все цены вдвое. Контроль над ценами привел к дефициту в магазинах. За оставшуюся часть 2007 года объём производства в обрабатывающей промышленности упал более чем на 50%.

Несмотря на ценовой контроль, чёрный рынок Зимбабве снова процветал. По данным прессы, «люди, ранее работавшие за мизерные 11 долларов США в месяц (2 миллиона ZW долларов), смогли зарабатывать до 166 долларов США (30 миллионов ZW долларов) только за счёт торговли на черном рынке». Начиналась последняя волна гиперинфляции.

Кульминационная долларизация (2008–2009 гг.)

Инфляция достигла 417823% в марте, когда зимбабвийцы вернулись к согласованным президентским, сенатским и парламентским выборам. Правящая партия ZANU-PF (Зимбабвийского африканского национального союза) проиграла на всех трёх выборах, впервые потеряв большинство в законодательном органе. Президентские выборы требовали второго тура между Мугабе (с 43,2% первоначальных голосов) и Цвангираи (с 47,9% первоначальных голосов), поскольку ни один из них не имел абсолютного большинства. Второй тур выборов так и не состоялся, поскольку Цвангираи отказался от участия, сославшись на высокий уровень насилия в отношении своих сторонников, что противоречило свободному и честному голосованию. Мугабе был приведен к присяге на шестой срок полномочий.

В июле магазины взимали двойную цену за транзакцию наличными из-за задержки при оплате чека. В то же время снятие средств с банковских счетов было ограничено 100 миллиардами ZW$, что было меньше, чем стоимость буханки хлеба. РБЗ ввела банкноту в 100 миллиардов ZW в попытке снизить нагрузку на печатные станки. Гиперинфляция по-прежнему подпитывалась квазифискальной деятельностью РБЗ, которая вызвала быстрый рост банковских депозитов в РБЗ и, следовательно, быстрое увеличение денежного агрегата М3 в местной валюте (включая наличные деньги в местной валюте в обращении и депозиты в банковских учреждениях). Однако печать физических банкнот не могла соответствовать расширению местной валюты M3. В третьем квартале 2008 года реальный спрос на деньги и параллельные рыночные обменные курсы рухнули в ответ на все еще ускоряющуюся инфляцию. В результате к концу года резервные деньги сократились до эквивалента примерно 7 миллионов долларов США (35 квадриллионов Z$ за доллар США по обменному курсу ООН).

По сути, экстремальная гиперинфляция привела к тому, что местная валюта перестала существовать, поскольку в конце 2008 года экономика была долларизована. Пик инфляции, по оценкам, пришёлся на сентябрь 2008 года и составил около 500 миллиардов процентов. С этого времени цены на товары и услуги перешли к единицам иностранной валюты (в основном, доллару США и южноафриканскому рэнду), а местная валюта практически исчезла из обращения. Операции в зимбабвийских долларах, проходящие через банки в виде чеков и прямых переводов, фактически прекратились к январю 2009 года.

В декабре РБЗ выдал лицензии около 1000 магазинов на продажу товаров в иностранной валюте, утверждая, что это «поможет предприятиям, страдающим от хронической нехватки иностранной валюты, импортировать товары и запчасти». Это было первое официальное признание неофициальной долларизации Зимбабве.

В январе 2009 года министр финансов предоставил статус законного платёжного средства южноафриканскому рэнду и доллару США, завершив официальную долларизацию Зимбабве. Индекс потребительских цен в долларах США за февраль 2009 года показал 3-процентное снижение по сравнению с предыдущим месяцем, поскольку значительный рост цен на коммунальные услуги был более чем компенсирован падением цен на внешнем рынке. Долларизация помогла стабилизировать цены, улучшить показатели доходов и, что, пожалуй, самое главное, помогла ввести фискальную дисциплину в отношении властей.

Зимбабвийские дети собирают кукурузные зёрна, упавшие с грузовиков, во время засухи 2009 года

Заключение

Похоже, что сегодня, во главе с новыми лидерами, правительство Зимбабве не учится на ошибках своих предшественников, в том, какой монетарной политики придерживаться. Страна вступает в очередную эпоху экономических трудностей для своих граждан, так как гиперинфляция снова стала реальностью.

После неудачной практики печатания денег, в 2009 году в Зимбабве отказались от своей местной валюты и заменили ее иностранной - долларом США и африканским рэндом. Это помогло значительно стабилизировать экономику.

Однако после быстрого роста с 2009 по 2012 год, в 2013 году экономика Зимбабве начала существенно замедляться, поскольку новый год правительство встретило с мизерным остатком в 217 долларов в государственной казне. В том же году Роберт Мугабе, представляющий партию Зимбабвийского африканского национального союза, был переизбран на всеобщих выборах с обещанием продолжить политику индигенизации. Политика индигенизации была направлена на создание большего равенства и экономического роста путём нарушения прав собственности и требования, чтобы иностранные или принадлежащие белым компании передали большую часть своей собственности коренным чернокожим. При этом политика Мугабе создавала неопределённость на рынке, поскольку она препятствовала будущим иностранным инвестициям, угрожая конфискацией активов, что создавало нехватку капитала для расширения производства.

Кроме того, благодаря сохраняющейся неопределённости режима и отсутствию собственной денежно-кредитной политики, к 2014 году Зимбабве опять начала испытывать нехватку наличных денег, вследствие чего некоторые люди вместо сдачи стали использовать леденцы и презервативы. В добавление к этой проблеме Зимбабве собрала плохой урожай, столкнувшись с засухой в 2016 году. от которой пострадали пять миллионов человек. Это привело к дефициту в 1,4 млрд долларов США, который составил 10 процентов от национального производства, что вызвало ещё больший дефицит наличности.

21 ноября 2017 года, после 37 лет правления Зимбабве железным кулаком, Мугабе ушёл в отставку под политическим давлением импичмента в результате военного переворота. К концу той недели, 24 числа, Эммерсон Мнангагва стал новым президентом Зимбабве. Сразу же после прихода к власти, президент заверил население страны в необходимости радикальных изменений в политике, чтобы помочь стабилизировать и ускорить экономический рост.

Зимбабвийцы празднуют у здания парламента сразу после того, как узнали об отставке 93-х летнего президента Роберта Мугабе, в центре Хараре, 21 ноября 2017 года.

Больше фото довольных отставкой Мугабе Зимбабвийцев

В начале 2019 года строго регулируемая экономика Зимбабве начала испытывать нехватку топлива. Чтобы снизить спрос и попытаться сохранить запасы топлива внутри страны, Мнангагва решил использовать управляемый государством энергетический сектор, чтобы за одну ночь поднять цены на дизельное топливо на 125%, а на бензин - на 131%. Такое резкое повышение немедленно привело к трёхдневным протестам, в результате которых 12 человек погибли и 78 получили огнестрельные ранения.

Повышение цен на топливо вызвало резкое увеличение транспортных расходов, что привело к пагубным последствиям для предприятий, поскольку их затраты возросли. Чтобы компенсировать расходы на топливо, предприниматели были вынуждены либо пойти на снижение чистого дохода, либо повысить цены. Во взаимосвязанной экономике, где предприниматели полагаются друг на друга, чтобы поставлять друг другу товары и услуги и использовать их для будущего производства - когда один предприниматель повышает свои цены, это побуждает других предпринимателей повышать свои цены для сохранения прибыльности.

Возвращение к местной валюте

К июню 2019 года ZIMSTATS (Национальное статистическое агентство Зимбабве) сообщило, что инфляция в Зимбабве достигла 175,66%, на что повлияло множество факторов - от цен на топливо до снижения внутреннего производства. Пытаясь бороться с гиперинфляцией, министр финансов Зимбабве Мтули Нкубе объявил, что использование иностранной валюты будет запрещено во внутренних транзакциях, и что гражданские лица могут использовать только электронные доллары с валовым расчётом в режиме реального времени (RTGS) в целях борьбы с нехваткой долларов США. Если гражданин решит вывести RTGS из своего местного банка, он получит бумажные облигации номиналом $2, $5, $10 и $20.

Принятие RTGS в качестве единой единицы обмена - это позитивное явление по сравнению с ошибкой, допущенной не так давно в связи с гиперинфляцией. После 2009 года Зимбабве стабилизировало свои денежные дела, используя девять различных валют в качестве законного платёжного средства. Теперь же отмена использования иностранной валюты приведёт к практике внесетевых операций на чёрном рынке только в том случае, если предприятия потеряют доверие к системе RTGS. Доверие к этой системе уже пострадало, так как соотношение RTGS к доллару США на черном рынке достигло 11 к 1 по сравнению с установленным правительством соотношением 6,2 к 1. Разница в коэффициентах обмена показывает, что после катастрофы 2008 года центральный банк не восстановил свою репутацию перед гражданами.

Кроме того, в 2019 году Зимбабве опять пострадала от засухи. Урожай кукурузы снизился на 54%, что должно было привести к импорту кукурузы для восполнения дефицита. Однако импорт товаров являлся сложной задачей, учитывая, что последние несколько лет страна испытывала нехватку долларов США. В тот же период в Зимбабве также случались постоянные отключения электроэнергии из-за засухи, которые длились до 18 часов в день и стоили производителям более 200 миллионов долларов потерь продукции. Усугубил ситуацию президент Мнангагва - в августе в седьмой раз подняв цены на топливо более чем на 500 процентов.

После выхода отчёта об инфляции министр финансов Зимбабве Мтули Нкубе заявил, что данные по инфляции будут отложены до февраля 2020 года. Причина задержки заключается в том, что у правительственных чиновников будет больше времени и информации для точного определения уровня инфляции, поскольку нынешние цены не измеряются в долларах США. Однако многие граждане выступили против этой отсрочки, полагая, что правительство пытается скрыть реальный уровень инфляции, в то время как уровень инфляции на чёрном рынке Зимбабве оценивался в 558 процентов.

Национальная валюта Зимбабве гиперинфлирует и сегодня. Инфляция составляет больше 50% в месяц.

 Когда правительство вмешивается в рынок, устанавливая цену на товар вне рамок естественных рыночных сил спроса и предложения, а также применяет законы требуя от своих граждан совершать сделки в валюте, которой они не доверяют, такие действия неизбежно приведут к гиперинфляции, как в Зимбабве. Ситуация останется мрачной, если Зимбабве не изменит свой курс в сторону более свободной рыночной политики и не будет продолжать дальнейшее вмешательство правительства, снижающее уровень жизни своего народа.

Интересный факт

Tony Lightninng

Опубликовано 3 месяца назад